Какие товары в дефиците в венесуэле
Перейти к содержимому

Какие товары в дефиците в венесуэле

  • автор:

Страна на трех кокаинах

Мучает ностальгия по СССР? Забыли, что такое дефицит туалетной бумаги, многочасовые очереди и вопрос: «Что выбросили?» Не уверены, что избыточное госрегулирование и «капитализм для своих» — путь в тупик? Добро пожаловать в Венесуэлу, потенциально богатейшую страну, ставшую экономической пустыней.

АЛЕКСАНДР ЗОТИН, Каракас—Богота—Москва

Гуманитарная катастрофа?

Слухи о гуманитарной катастрофе в Венесуэле несколько преувеличены. А возможно и нет, смотря что под ней понимать, тем более во втором десятилетии ХХI века. Очевидцу ситуация напоминает времена, предшествовавшие распаду СССР. Голода нет, однако есть дефицит продуктов и других товаров по государственным ценам. По рыночным все купить можно (как у кооператоров в конце 1980-х), но за безумные деньги (зарплата профессора химии в Университете в Каракасе — 40 тыс. боливаров, или $45, масса людей получает минимум в $20, а цены на все такие же, как сегодня в Москве, если не выше). В итоге небогатым людям приходится стоять в очередях по несколько часов просто в надежде, что в магазины что-то завезут (часто они даже не знают, за чем именно стоят). Нередко такие очереди перерастают в бунты («Ъ» уже подробно описывал их, см. «Анатомия бунта»).

«Мне 25 лет, я живу в стране с рождения и не помню никакой другой власти, кроме социалистической и революционной,— говорит стоящий в очереди студент Хуан Карлос Верастегуй.— Ненормально жить в богатой нефтью стране и стоять в очереди пять-шесть часов даже без гарантии купить какой-то еды. Мадуро и его режим — просто издевательство над людьми».

«Ненормально жить в богатой нефтью стране и стоять в очереди пять-шесть часов даже без гарантии купить какой-то еды. Мадуро и его режим — просто издевательство над людьми»

Налицо оскудение и вынужденное выживание на «минималке». Многие отказываются от мяса. Сейчас в Венесуэле сезон манго. Народ стал называть эти фрукты бифштексами, намекая, что на настоящее мясо денег нет. Но если без мяса обойтись можно, то без лекарств — далеко не всегда. Смерть от нехватки медикаментов в госпиталях стала явлением, как ни страшно звучит, обыденным, равно как и рост младенческой смертности.

Из-за перебоев с товарами останавливаются производства. В некогда процветавшей немецкой колонии Товар под Каракасом закрыли знаменитую пивоварню — нет ячменя. Впрочем, перебои с пивом по всей стране — не хватает жести на крышки. Нет даже наличных денег — за обналичкой (по $3-15 в день) в банки выстраиваются огромные очереди (причина — изощренная коррупция на производстве дензнаков; см. материал «Деньги и отвращение к ним в Каракасе»).

Красный кокаин

Электричество тоже подается с большими перебоями. На ГЭС Гури вырабатывается около 75% всей электроэнергии, засуха привела к серьезному падению уровня воды. Президент Мадуро утверждает, что все дело в погодной аномалии Эль-Ниньо.

Анатомия бунта

Анатомия бунта

Но это — плоды социализма. Энергокризисов до Чавеса не было. Зато при нем были — например, в 2010-м. При Чавесе основная энергокомпания, Electricidad de Caracas, была национализирована, на электричество установили заниженные цены. В итоге потребление резко подскочило (в Колумбии оно, в расчете на душу населения, в три раза ниже): почти бесплатный ресурс незачем экономить. Построенное Чавесом на нефтедоллары социальное жилье для люмпенов «Gran Mision Vivienda» вообще не оснащалось электросчетчиками — зачем? Зато снабжалось массой электроприборов в рамках другой социальной программы — «Mi Casa Bien Equipada». Одновременно в развитие Гури чависты, как пишет местная пресса, вложили $38 млрд, однако на выходе — привычный ноль. Все разворовано. Вот и приходится винить засуху. У венесуэльцев, впрочем, хватает природного оптимизма даже на это отвечать известной шуткой: «Что будет с Сахарой, если туда придут социалисты? Нехватка песка!»

«Что будет с Сахарой, если туда придут социалисты? Нехватка песка!»

Все проблемы 2016-го не новы. Еще до падения цен на нефть страна вступила в масштабный кризис. Дефицит бюджета был выше 10% ВВП, а инфляция достигала 50% в год — уже тогда «боливарианский социализм XXI века» давал сбои.

Экономическая суть этого социализма довольно проста. Это нерыночная система с регулируемыми ценами на базовые товары (товары по precio justo — «справедливой цене», как правило, в несколько раз ниже рыночной). C регулируемыми курсами национальной валюты, боливара (основных курсов два: DIPRO — VEF10/$ и куда более низкий SIMADI — VEF549,4/$; по ним валюту имеют право покупать те же импортеры товаров по precio justo, рыночный курс — около VEF1000/$). С различными программами в пользу бедных (примеры см. выше). С экспроприацией частного бизнеса в пользу государства (иски к Венесуэле по всем экспроприациям за время правления Чавеса и Мадуро достигли $17 млрд).

Увы, чавизм не работает. Если установить заниженные цены, неважно на что — электричество, мясо или доллар, вы получите их дефицит — это азы экономики. Кроме того, товары по заниженным ценам дестимулируют производство — не создаются рабочие места в промышленности и сельском хозяйстве, все импортируется. Товары по precio justo перепродаются по рыночным ценам. Создаются предпосылки для коррупции — чиновник, имеющий доступ к дешевому рису или доллару, может стать миллионером, просто перепродавая их по ценам рынка. Экспроприированные земли и компании под чавистским руководством работают из рук вон плохо.

Rо второму десятилетию XXI века Венесуэла осталась чуть ли не единственным в мире заповедником экономического абсурда

Чавизм при этом дорог — бюджетный дефицит в Венесуэле с 2009 года постоянно двузначный (субсидии оцениваются экономистами BofA Merrill Lynch в 10% ВВП). Бюджетная дыра затыкается просто — эмиссией, каковая раскручивает инфляцию.

Деньги и отвращение к ним в Каракасе

Деньги и отвращение к ним в Каракасе

Основы чавизма — не что-то уникальное для Латинской Америки и для Венесуэлы в частности. Это стандартный латиноамериканский популизм, правда, в довольно радикальном воплощении. Американские экономисты Рудигер Дорнбуш и Себастьян Эдвардс в книге «Макроэкономика популизма в Латинской Америке» определяют его так: «Политика, акцентированная на перераспределении ресурсов при невнимании к инфляционным и фискальным рискам, а также недооценивающая реакцию экономики на нерыночные меры правительства». Последствия такой политики испытали в свое время практически все страны региона. Сама Венесуэла, как отмечает каракасский экономист Анабелла Абади, экспериментировала с регулированием цен аж с 1939 года. «Новизна» чавизма в радикализме и в том, что ко второму десятилетию XXI века Венесуэла осталась чуть ли не единственным в мире заповедником экономического абсурда.

Черный кокаин

Социалистические эксперименты вряд ли были бы жизнеспособны без денег, идущих на финансирование фантастически неэффективной и коррумпированной экономики. Источник средств — основное природное богатство страны, нефть (95% экспортной выручки). Или coca negra, «черный кокаин», как ее здесь называют. К популизму Чавеса—Мадуро добавились симптомы «голландской болезни»: снижение конкурентоспособности секторов экономики, не связанных с добычей сырья.

При падении цен на нефть вдвое с конца 2014 года все проблемы резко обострились. Доходы от экспорта упали с $74 млрд в 2014-м до $37 млрд в 2015 году. Инфляция с привычных 30-50% скакнула в 2015-м к 150-170%. Импорт сдулся, но не столь существенно — с $51 млрд до $39 млрд. В самих цифрах ничего страшного нет, похожий по масштабу спад пережили многие нефтедобывающее страны, но в Венесуэле дефицит товаров по «справедливым» ценам стал запредельным — не хватает лекарств, риса, муки, мыла, сахара, даже туалетной бумаги.

В Венесуэле дефицит товаров по «справедливым» ценам стал запредельным — не хватает лекарств, риса, муки, мыла, сахара, даже туалетной бумаги

«Искажения обменного курса и цен создали экономику арбитража, в которой слишком много претендентов на сократившийся поток нефтедолларов,— объясняет главный экономист Torino Capital Франсиско Родригес.— Это породило парадоксальную ситуацию: страна с импортом на $51 млрд в 2014 году и $39 млрд в 2015-м ($1660 и $1200 на душу населения соответственно) испытывает дефицит базовых товаров, которых достаточно и в более бедных государствах».

Парадокс объясним — закупаемые чиновниками товары массово переправляются в соседнюю Колумбию, где перепродаются по нормальным рыночным ценам (по оценкам источников «Денег», до 80% всех товаров в приграничных с Венесуэлой регионах — контрабандные товары по «справедливым» ценам). Либо контейнеровозы с продовольствием разгружаются где-нибудь в Панаме, просто не доплывая до Венесуэлы. Либо закупается заведомо некондиционный товар по бросовым ценам, а выделенные на его покупку деньги разворовываются.

Импорт, впрочем, продолжает снижаться. Нефтяных доходов стало меньше, а по долгам Венесуэле расплачиваться нужно. «Выручка от экспорта нефти при текущих ценах составляет около $3 млрд, чистая выручка, за исключением расходов, ниже — $1,5-1,8 млрд,— отмечает стратег Knossos Assets Fund Даниэль Урданета Зубалевич.— При этом среднемесячные траты на выплату по долгам — $0,75 млрд». Посчитать объем долга к ВВП — нетривиальная задача, неизвестно, по какому курсу его считать (по рыночному Урданета Зубалевич оценивает в 200% ВВП).

Почему Венесуэла просто не объявит дефолт ввиду критической ситуации внутри страны? «На данном этапе это невыгодно,— говорит собеседник «Денег».— У нефтяной компании Венесуэлы, PDVSA, достаточно активов за рубежом, в частности в США. В случае дефолта они будут арестованы, а сам кэшфлоу PDVSA сильно пострадает — компании будет крайне тяжело продать нефть. Кроме того, в бондах PDVSA и гособлигациях достаточно денег болигархов (бизнесмены, сделавшие деньги на дружеских связях с чавистами.— «Деньги» )». Впрочем, баланс может измениться, если цена на нефть опустится к $30/бар. В этом случае дефолт будет практически неизбежен.

Кстати, венесуэльская нефть торгуется сейчас с огромным дисконтом к WTI (сравнивать надо именно с этим сортом). В мае он доходил до 25% (тогда как в 2011-2013 годах была премия к WTI).

«Причин несколько,— говорит Урданета Зубалевич.— Во-первых, добыча легких и низкосернистых сортов постепенно замещается добычей с месторождений, где нефть хуже. Во-вторых, после ухода из страны ряда иностранных нефтесервисных компаний сложнее поддерживать требуемый уровень качества. В-третьих, венесуэльские поставщики испытывают сложности с банковским финансированием и страхованием и вынуждены предоставлять клиентам дисконты».

Белый кокаин

Нынешнюю ситуацию в Венесуэле вполне можно назвать предреволюционной. Огромные очереди в пятимиллионном Каракасе и в других городах страны грозят перерасти в бунт и революцию, но предугадать, где и когда накопится необходимая критическая масса, невозможно (Ленин в начале 1917-го разочаровано говорил, что его поколению вряд ли удастся увидеть революцию). Оппозиция в стране сильна, но фрагментирована и не имеет общепризнанного лидера. Возможный претендент — сидящий в тюрьме руководитель партии Voluntad Popular Леопольдо Лопес, прежний лидер, Энрике Каприлес Радонски, в последние три года несколько утратил популярность из-за компромиссной позиции в отношении власти.

Для разрешения ситуации критически важен другой фактор — на чьей стороне будет армия

Спорадические бунты пока благополучно подавляются властями. Для разрешения ситуации критически важен другой фактор — на чьей стороне будет армия. Исследования государственных переворотов говорят, что обеспечение армии — чуть ли не главный фактор, влияющий на вероятность переворота. А в Венесуэле, где военные играют огромную роль в обществе, и подавно. Как замечает политолог Эрик Нордлингер в книге «Soldiers in Politics: Military Coups and Governments», президенту Венесуэлы Ромуло Бетанкуру впервые в истории страны удалось досидеть до конца свой второй — после первого он был свергнут — президентский срок (1959-1964) только благодаря «щедрым зарплатам, быстрым карьерам и возможностям получения теневых доходов в армии». (Всего в Венесуэле в ХХ веке произошло 12 военных переворотов, впрочем, лидер здесь — Боливия с 56.)

Роль вооруженных людей в Венесуэле видна даже, так сказать, в архитектурном плане. Вот президентский дворец Мирафлорес в Каракасе, прямо напротив — казармы президентского полка. Поближе к телу, для спокойствия.

Рядом в предгорьях, для баланса, хорошо вооруженное, прикормленное левацкое баррио 23 de Enero (что-то среднее между трущобами, коммуной и микрорайоном), где помпезный мавзолей Чавеса соседствует с бараками, испещренными граффити террористов колумбийской FARC и радикальной сторонницы Чавеса Лины Рон, с лозунгом «Con Chavez todo, sin Chavez plomo» («Вместе с Чавесом все, без Чавеса — пуля»). Здесь живут члены colectivos (вооруженные группы сторонников власти).

В черте города расположен аэропорт (помимо него есть большой аэропорт вне города), довольно странно смотрящийся в окружении небоскребов делового центра. Все просто: военный аэропорт Ла-Карлота в центре — это возможность быстро скрыться в случае необходимости (так бежал во время путча, например, президент Перес Хименес в 1958 году).

«Чавес, а потом и Мадуро подкупили армию,— говорит Урданета Зубалевич.— Армии принадлежит масса бизнесов. Есть банк BanFANB, сырьевая компания Camimpeg, CASA — поставщик продовольствия в Министерство продовольствия. Кроме того, военные владеют массой компаний через подставные структуры».

Сам Мадуро не из армии. Он из семьи профсоюзного лидера и сам пошел по той же стезе, в свое время поработав водителем автобуса. Самым же влиятельным выходцем из армейской среды в окружении Мадуро считается экс-спикер парламента Венесуэлы (ушел с поста в начале 2016 года) Диосдадо Кабейо. Этот друг Чавеса вместе с ним участвовал в неудачном путче против президента Рафаэля Кальдеры в 1992 году и позже поддержал Чавеса во время краткосрочного путча в 2002-м. Многие собеседники «Денег» считают, что с момента смерти Чавеса Кабейо стал чуть ли не более влиятельной фигурой в стране, чем Мадуро. Еще про него говорят, что Кабейо — глава наркокартеля Cartel de los Soles, группы венесуэльских генералов, контролирующих поток кокаина из Колумбии вместе с тамошними FARC и Cartel Sinaloa.

«Основное занятие армии в Венесуэле — контроль наркотрафика из соседней Колумбии,— рассказывает источник «Денег».— Армия всегда этим занималась, еще до прихода Чавеса к власти, это ее прерогатива. А сегодня это вообще основная ее деятельность. За Колумбией сейчас слишком пристально следят, поэтому трафик переместился через полупрозрачную границу в направлении Венесуэлы (переброска кокаина идет разными способами, даже высокотехнологичными, с помощью дронов), далее — в порт Пуэрто-Кабейо, где расположена крупнейшая военно-морская база. Оттуда кораблями далее по адресу. Часть идет через аэропорт Майкетия в Каракасе».

Ломка и реабилитация?

Несмотря на привилегированное положение армии при чавизме исключать возможность военного переворота или поддержки восставшего народа армией нельзя. И такой вариант был бы, вероятно, оптимальным для Венесуэлы.

«Никакой гражданской войны не будет. Армия перестанет поддерживать Мадуро и рано или поздно сдаст его,— убежден один из собеседников «Денег».— Возможно, это произойдет после региональных выборов в нынешнем году, которые чависты явно проиграют. Возможно, прямо сейчас. В самом худшем случае Мадуро досидит до конца своего срока в 2018-м».

Источник «Денег» в дипломатических кругах Боготы убежден, что раздробления государства по образцу Колумбии конца 1990-х не произойдет — в Венесуэле, в отличие от Колумбии, нет сильных центробежных тенденций. 20 лет назад Богота контролировала только 40% территории страны, остальные 60% были под FARC и наркокартелями (парамилитарес). В Колумбии предпосылкой фактического распада страны стала особенность ресурсной базы различных групп парамилитарес — кокаина. Кокаин легок в производстве, а маршруты транспортировки гибкие, поэтому перекрытие, например, одного из маршрутов не влияет на жизнеспособность той или иной автономной группы: будет найден другой маршрут.

В случае с Венесуэлой, чей главный ресурс — нефть, зависимость от трубопроводов глубже, контроль над ними государства сильно влияет на жизнеспособность группы, например контролирующей нефтяное месторождение. Впрочем, экономическая логика не всегда превалирует над политической, в противном случае противостоящие группировки в Ливии давно бы договорились и мирно экспортировали нефть.

Оптимистичны и другие собеседники «Денег». Даниэль Урданета Зубалевич говорит о том, что многие его друзья эмигрировали из страны — в США и Европу поехали преимущественно те, у кого там есть родственники; не имеющие родственников в благополучных странах часто выбирают Чили. Однако сам он предпочитает оставаться в Венесуэле, так как видит большие перспективы страны в случае кажущегося почти неизбежным сворачивания чавизма. И, хотя смеется над карикатурами с превращением венесуэльского флага в зимбабвийский, сам, видимо, в худшее не верит.

  • Журнал «Коммерсантъ Деньги» №25 от 27.06.2016, стр. 11

Очереди в Венесуэле стали нормой жизни

Очередь в Каракасе

Дефицит многих товаров в магазинах Венесуэлы — дело обычное. Официальные власти страны обвиняют в этом Америку и Европу, которые «пытаются уничтожить венесуэльскую экономику». Однако многие жители страны возлагают ответственность за перебои в поставках на правительство.

Корреспондент Би-би-си в Каракасе Иэн Пэннелл пытался овладеть хитрым искусством стояния в очередях.

Логично предположить, что уважающий себя зарубежный корреспондент приличного издания сделает всё возможное, чтобы по крайней мере попытаться объяснить своим читателям окружающий мир. Однако в Венесуэле сделать это не так просто.

Сначала голые факты. Боливарианской Республикой Венесуэла руководит социалистическое правительство, которое, если говорить обобщённо, на протяжении долгих лет употребляло нефтяное богатство страны (или скорее злоупотребляло им) для обогащения небольшого количества людей, а также для сохранения власти.

Сочетание ужасающей экономической политики (точнее, её отсутствия) и резкого падения нефтяных цен привело к тому, что у властей начались серьёзные разрывы в денежных поступлениях. Для населения это вылилось в перебои с продуктами, приводящие к ежедневному многочасовому стоянию в очередях.

Ради этого важного дела людей специально отпускают с работы. Чтобы занять очередь, венесуэльцы встают ни свет ни заря. Как только начинается обеденный перерыв, они тоже сразу бегут, чтобы встать в какую-нибудь очередь. Стоя в ней, они переписываются по мобильным с друзьями и родственниками, рассказывая, где и что «выбросили».

Неудивительно, что стояние в очередях превратилось в целое искусство, которым венесуэльцы овладели просто-таки виртуозно.

Очередь в Каракасе

Что это было?

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

Конец истории Реклама подкастов

Как англичанин, я люблю правильную очередь. Аккуратную, организованную, не оставляющую сомнений в том, кто и за кем стоит.

Во многих странах эта старая добрая традиция не пользуется уважением. Там исходят из принципа «кто успел, тот и съел», что неизбежно приводит к толчее, распихиванию соседей локтями и непрерывной ругани.

Впрочем, в этом смысле Венесуэла всё же больше похожа на Британию. С тем лишь отличием, что люди здесь стоят в очереди не в 29-й автобус, а за продуктами: за молоком, за кофе, за сахаром, за кукурузной мукой и постным маслом, за мылом и даже за туалетной бумагой. В общем, за любым дефицитом.

Цены на эти товары устанавливает правительство. Не субсидирует, а именно диктует производителям, сколько должен стоить тот или иной товар. Может быть, в условиях уверенной, быстро растущей экономики это бы ещё имело какой-то смысл, но в условиях 60-процентной инфляции и пикирующего курса национальной валюты это означает, что производитель не просто не получает прибыли — он работает себе в убыток.

Очередь в Каракасе

Иностранные компании, ранее экспортировавшие свою продукцию в Венесуэлу, давно оставили надежду получить компенсацию от правительства и теперь просто продают её в другие страны.

Однако у венесуэльских властей и их сторонников своя версия происходящего. Они утверждают, что в тяготах населения виноваты Америка и Европа, крупный бизнес и контрабандисты, которые ведут экономическую войну, чтобы дискредитировать президента Николаса Мадуро и его предшественника Уго Чавеса, а также настроить жителей страны против властей.

Владельцы магазинов получили указание убрать очереди с улиц, по возможности перенеся их в подвальные помещения и на подземные парковки — в качестве официальной причины, конечно же, называется забота о здоровье: это сделано, чтобы снизить риск солнечных ожогов.

Журналистам не дают снимать пустые полки. Покупателям тоже даны чёткие инструкции: покупать мыло, туалетную бумагу и другие дефицитные товары они могут только в строго определённый день, который зависит от последней цифры номера паспорта. Например, если номер твоего паспорта оканчивается на «0» или «1», в очередь ты можешь встать только в понедельник.

Впрочем, совершенно не факт, что именно в понедельник в продаже появится нужное тебе мыло или молоко.

Руки с написанными на них номерами

Ещё одна удивительная особенность состоит в том, что полки магазинов отнюдь не пусты. В дефиците лишь те товары, цены на которые устанавливает правительство. Если тебе нужно что-то другое — и у тебя есть деньги на обычные, дорогие товары, — чаще всего ты можешь просто зайти в магазин и купить необходимое без всякой очереди.

Часто люди занимают очередь, даже не зная, что именно продают. Сначала встают — а потом спрашивают у стоящего впереди: «За чем стоим?» Причём весьма вероятно, что тот сам проделал аналогичную процедуру лишь минутой раньше.

Мне довелось видеть очередь, которая двигалась вперёд только потому, что стоящие впереди люди уставали ждать и, отчаявшись, уходили искать удачу в другом месте. Однако те, кто стоял дальше от входа — скажем, за углом, — конечно же, этого не видели. Иллюзия продвижения вперёд придавала им сил, заставляя стоять дальше, убеждая себя, что ждать заветного товара осталось уже совсем недолго.

В данном конкретном случае ждать было совсем нечего. Просто прошёл слух, что в магазине вот-вот что-то «выбросят» — что именно, не знал никто, — но в итоге так ничего и не подвезли.

Женщина с продуктовыми сумками

Подобным примерам несть числа. Огромная очередь за несуществующим товаром — сюрреалистический символ неработающей системы, не имеющей никакого практического смысла.

Неудивительно, что стоящие в очереди люди, мягко говоря, недовольны и обозлены. Иногда это приводит к тому, что в какой-то момент очередь перестает существовать, превращаясь в толпу, которая устраивает массовые беспорядки. А покупателям, которым посчастливилось урвать заветный дефицит, не удаётся донести его до дома.

Если люди продолжат верить в официальную версию властей о том, что всё это подстроено внешними и внутренними врагами, возможно, правительству удастся обуздать растущую волну недовольства.

Однако многих венесуэльцев на это уже не купишь.

Власти Венесуэлы запретили покупать продукты чаще двух раз в неделю

На фоне усиливающегося дефицита в Венесуэле власти ограничили посещение государственных продовольственных магазинов двумя разами в неделю. В стране уже введены карточки на базовые товары для малоимущих слоев населения. Падение цен на нефть сводит на нет все попытки правительства справиться с кризисом

Полки универсама в Венесуэле

Полки универсама в Венесуэле (Фото: Getty Images)

Венесуэльским полицейским, охраняющим порядок около государственных продмагов, в которых товары продаются по фиксированным низким ценам, приказали проверять документы у покупателей. Посещение этих магазинов для граждан страны ограничено двумя разами в неделю, пишет The Times. Сотрудники иммиграционной службы также несут дежурство около торговых точек, чтобы предотвратить покупку еды иностранцами, которые отправляют контрабандой дешевые продукты в соседние страны. По сведениям издания, дефицит товаров наметился даже на черном рынке. Правоохранительные органы на постоянной основе несут службу около магазинов, в которых продаются товары для малоимущих, из опасений беспорядков. Жителям страны ежедневно приходится проводить в очередях по несколько часов, чтобы купить такие товары, как молоко или мука. Ажиотаж при продаже дефицита вынудил местные власти прибегать к разного рода ограничениям. Например, как сообщает РИА Новости, в штате Яракуй запретили стоять в очередях по ночам, поскольку его губернатор Хулио Леон Эредия посчитал, что такую активность проявляют в основном спекулянты. Он написал в своем твиттере: «Вчера, изучив многочисленные жалобы населения, я распорядился запретить людям проводить ночи около торговых точек».

Очередь к государственному супермаркету в Каракасе.

Руководитель национальной службы продовольственной безопасности Карлос Осорио утверждает, что длинные очереди свидетельствуют о продуктовом изобилии. Выступая по государственному телевидению, он заявил: «Если бы в Венесуэле не было еды, не было бы и очередей, которые мы здесь видим. У нас не собиралось бы столько людей в этих заведениях. Это лучшая демонстрация того, что у нас есть». Министр продовольствия Иван Хосе Бельо Рохас, как пишет The Times, подвергся насмешкам после того, как заявил, что ему тоже пришлось отстоять очередь, чтобы попасть на футбольный матч, а потом – чтобы купить поесть на стадионе. Венесуэла была вынуждена ввести карточную систему для покупок в государственных магазинах в связи с ростом цен, увеличением дефицита товаров и общим экономическим кризисом, вызванным падением цен на нефть. Президент страны Николас Мадуро назвал снижение стоимости нефти, от экспорта которой Каракас получает 95% валютных поступлений, «экономической войной», развязанной США. Полученные от продажи энергоносителей средства правительство складывает в социальные программы для помощи малоимущим, которые обеспечивают его политическую поддержку. The Times со ссылкой на аналитиков отмечает, что с сокращением этих программ растет вероятность усиления антигосударственных протестов. Чтобы пополнить бюджет, Мадуро договорился о кредите на $20 млрд от Китая. Он также получил заверения от Катара о предоставлении займа в несколько миллиардов долларов. По словам Мадуро, кредиты «дадут нам достаточно кислорода, чтобы справиться с падением цен на нефть». Он также пообещал экономические реформы, чтобы преодолеть 63%-ю инфляцию.

В Венесуэле туалетная бумага оказалась в дефиците

Венесуэльский парламент выделил более 80 миллионов долларов на закупку за рубежом предметов личной гигиены. Речь, в частности, идет о туалетной бумаге, прокладках, подгузниках, туалетном мыле и зубной пасте.

Депутат Единой социалистической партии Карлос Рамос выразил «грусть и сожаление» в связи с тем, что столь необходимые товары оказались в числе дефицитных. Ранее министр торговли Алехандер Флемминг пообещал, что в Венесуэлу скоро будут доставлены 50 миллионов рулонов туалетной бумаги, и ее дефицит прекратится. Однако для страны с 30-миллионным населением такого объема товара явно недостаточно, передает ИТАР-ТАСС.

В феврале венесуэльские власти девальвировали национальную денежную единицу и ужесточили контроль над выделением валюты для импортеров. В результате индекс дефицита товаров первой необходимости составил к маю более 20 процентов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *