Что такое своповые поставки газа простыми словами
Перейти к содержимому

Что такое своповые поставки газа простыми словами

  • автор:

Своповые поставки нефти и газа

Своповые поставки нефти и газа

Своповые поставки используются в случае невозможности прямых поставок.

  • Страна А хочет поставить газ стране Б, но путь транспортировки лежит через страну В. Страна В отказывается открыть прямой путь транспортировки по своей территории, но соглашается на определенные условия замещения. Страна А поставляет газ стране В, а страна В поставляет газ стране Б по отдельному контракту, где могут быть другие цены и источники. При этом объемы поставок должны быть выполнены.
  • Страна А хочет поставить газ стране Б, но прямого пути транспортировки нет. Страна А имеет контракт на поставку газа в страну Б. Страна В имеет контракт на поставку газа в страну Г. Страна А поставляет газ в страну Г, а страна В поставляет это же количество газа в страну Б. Условия поставок предварительно согласовываются.

«Газпром» готов продлить действующий контракт на транзит газа с Украиной

Украина не сможет подписать новый контракт на транзит газа по законодательству ЕС до конца года, «Газпром» готов продлить действующий контракт, сообщил на пресс-конференции глава «Газпрома» Алексей Миллер.

«Условие достаточно простое. Украина до конца года, до конца истечения действующего контракта на транзит не сможет подписать новый контракт на транзит по законодательству ЕС. Этот поезд уже ушел, этому поезду можно посмотреть только вслед. Мы говорим, что мы готовы продлить действующий контракт на транзит. И мы говорим, что этот контракт должен быть экономически целесообразным для российской стороны.», — сказал Миллер.

По мнению Миллера, Украина должна в первую очередь думать не о продлении транзита российского газа через территорию страны, а о собственном газоснабжении.

С чистого листа

Глава «Газпрома» считает, что вероятность начала переговоров с Украиной с чистого листа «выше нуля», они могут начаться после того, как в Киеве сформируется новое правительство. По его словам, сегодня баланс взаимоотношений по газу между РФ и Украиной нарушен решением Стокгольмского арбитража. «Думаю, что вероятность такого развития событий [начать переговоры с чистого листа] отлична от нуля», — сказал он, добавив, что «предметных переговоров можно ждать после того, когда будет сформировано новое правительство Украины».

При этом, «Газпром» поддерживает необходимые мощности для поставок на Украину, исходя из возможного их объема в 52 млрд кубометров газа в год. «Пока эти газотранспортные мощности есть, и в рамках контракта на поставку газа, который действует до конца этого года, эти мощности нами поддерживаются на уровне возможности поставки 114 млн куб. м в сутки исходя из годового контрактного количества — 52 млрд куб. м в год», — заметил Миллер.

Своповые поставки

«Газпром» не получал от Украины предложений о своповых поставках газа. «То, что касается замены транзита на своп, вы знаете, мы никаких официальных предложений от украинской стороны не получали», — сообщил Миллер.

Исполнительный директор «Нафтогаза» Юрий Витренко 18 июня заявил, что «Нафтогаз» имеет запасной вариант возможных газовых договоренностей с РФ, если стороны не смогут заключить новый транзитный контракт.

Газовый спор

В 2009 году «Газпром» и «Нафтогаз» подписали два газовых контракта. Один касался поставок российского газа для нужд Украины, а второй — транзита российского газа в Европу через украинскую территорию. Оба договора рассчитаны до 31 декабря 2019 года. Однако с 2012 года «Нафтогаз» перестал полностью выбирать законтрактованный объем, а с ноября 2015 года Киев вообще не закупал российский газ, заменив его реверсным газом из Европы. В 2014 году компании начали судебные разбирательства по обоим контрактам в Стокгольмском арбитраже.

В декабре 2017 года суд подтвердил долг «Нафтогаза» перед «Газпромом» за поставки газа в 2013-2014 годах в размере $2 млрд. Арбитраж также признал обязательность условия «бери или плати», однако снизил обязательный годовой объем закупок у «Газпрома» с 52 млрд до 5 млрд кубометров до истечения срока контракта в конце 2019 года.

«Нафтогаз» в свою очередь требовал от «Газпрома» около $17 млрд за недопоставку согласованных объемов по транзиту, пересмотра тарифов и условий транзита российского газа через Украину. В феврале 2018 года Стокгольмский суд вынес решение: доплатить «Нафтогазу» около $4,7 млрд. Таким образом, с учетом удовлетворенных встречных требований «Газпром» оказался должен заплатить «Нафтогазу» $2,56 млрд.

«Газпром» не согласился с решением арбитража и заявил о намерении расторгнуть газовые контракты с украинской госкомпанией через суд. По словам Миллера, Стокгольмский арбитраж, руководствуясь двойными стандартами, принял асимметричные решения по контрактам на поставку и транзит газа с «Нафтогазом». Таким образом, решение суда существенно нарушило баланс интересов сторон по этим соглашениям, подчеркивал Миллер.

В результате в марте 2018 года «Газпром» вернул уже внесенную «Нафтогазом» предоплату за возобновление поставок газа и направил украинской компании уведомление о начале процедуры расторжения контрактов. Миллер тогда сообщил, что процесс может занять 1,5-2 года.

Иран рассчитывает на «огромные объемы» свопов нефти и газа из России в 2023 году

Иран рассчитывает получить огромные объемы своповых поставок нефти и газа из России в этому году, сообщил иранский министр экономики и финансов Эхсан Хандузи. Какие конкретно объемы могут быть поставлены, он не уточнил.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Фото: Rouzbeh Fouladi / ZUMA Press Wire / ТАСС

В интервью «РИА Новости» министр сказал, что за очень короткий промежуток времени некоторые из стран-соседей Ирана «вызвали замедление своповых поставок» из России. О каких странах речь, господин Хандузи не пояснил.

«Этот вопрос был решен, поэтому в этом году мы будем свидетелями огромных объемов своповых поставок. Мы очень рады, что Тегеран и Москва начали сотрудничество в вопросе своповых поставок нефти и газа»,— добавил он.

Своповые поставки — это поставки по схеме замещения. Используются в случае невозможности прямых поставок.

В августе 2022 года иранский министр нефти Джавад Оуджи говорил, что Иран и Россия в ближайшее время подпишут соглашение о своповых поставках газа. В феврале вице-премьер РФ Александр Новак сказал, что Россия и Иран продолжают проработку вопросов своповых операций с нефтью и газом. По его словам, на первом этапе соответствующее соглашение может предполагать 5 млн т нефти в год и до 10 млрд куб. м газа.

  • Лаура Кеффер подписаться отписаться

Газовое сближение России и Ирана. Картель или конкуренция?

К концу 2022 года Россия и Иран оказались в похожем положении — в жесткой конфронтации с Западом, который вводит против них все новые санкции. Неудивительно, что Москва и Тегеран резко пошли на сближение — не только в военной сфере, но и в энергетике. Стороны подписали меморандум, предполагающий колоссальные российские инвестиции в иранские газовые проекты в размере $40 млрд, и уже приступили к его реализации. Учитывая, что Россия и Иран занимают первое и второе места в мире по запасам газа, многие усмотрели в их сотрудничестве угрозу появления «глобального газового картеля».

Однако грандиозным планам будет непросто устоять при столкновении с суровой реальностью. Рентабельность многих запланированных газовых проектов вызывает вопросы, а их реализация столкнется с трудностями из-за санкционных ограничений в отношении двух стран. При этом российский демпинг сулит немало проблем Тегерану, традиционные партнеры которого теперь жаждут существенных скидок. Учитывая историческое недоверие иранской политической элиты к России, союз может оказаться ситуативным — до тех пор, пока не начнется разморозка отношений между Ираном и Западом.

Сложный путь в Европу

Вскоре после того как российский газовый экспорт в Европу столкнулся с проблемами из-за вторжения в Украину, иранские власти признались, что рассматривают возможность поставлять свой газ на опустевший европейский рынок. В теории такая инициатива выглядит логично, но на деле газовая конкуренция со стороны Тегерана — одна из тех трудностей, которых Москве стоит опасаться в последнюю очередь. В краткосрочной перспективе поставки газа из Ирана в ЕС исключены.

Причина — последовательная политика западных стран. В течение трех десятилетий Европа и США систематически изолировали Тегеран от участия в крупных международных проектах по торговле энергоносителями и их транзиту. Конкуренты Ирана вроде России и Катара все это время выглядели куда более надежными и перспективными партнерами, чем непонятная и нарочито антизападная Исламская республика.

Окончательный крест на иранском направлении поставили санкции США. Они помешали внедрению в Иране технологий сжижения природного газа (СПГ) и строительству газопроводов в Европу. В результате Тегеран сконцентрировался на удовлетворении внутренних потребностей в газе и незначительном региональном экспорте, преимущественно в Турцию и Ирак.

Шансов на отмену санкций в обозримом будущем немного — они привязаны к ядерной сделке, переговоры о возобновлении которой зашли в тупик. И даже если санкции с Ирана снимут, то стране потребуется не один год, чтобы создать терминалы СПГ, не говоря уже о строительстве газопроводов.

Формально существует другой выход. Тегеран уже заявлял, что намерен экспортировать газ в Оман, который обладает избыточными мощностями СПГ. Таким образом можно обойти санкции: европейские импортеры могли бы подписать соглашения с Оманом, но по сути импортировать иранский газ. Однако для этого нужно создать газопровод протяженностью около 400 км, строительство которого, по самым оптимистичным оценкам, займет не менее двух лет.

За неимением лучшего Иран может воспользоваться стремлением ЕС снизить энергопотребление, поставляя продукцию, при производстве которой используется газ. Перспективный товар — иранская сталь, которую страна уже экспортирует на мировые рынки. Но и здесь санкции не позволяют делать это напрямую. Кроме того, сама по себе иранская сталь вряд ли может значительно изменить ситуацию на европейском газовом рынке.

Проекты Москвы

В такой ситуации Россия выглядит перспективным партнером для иранской газовой отрасли. В прошлом Москва не раз проявляла интерес к этой сфере, но реальной работы почти не велось. Представительство, которое «Газпром» открыл в Тегеране, ограничивалось формальным присутствием. Российский концерн не хотел рисковать своими западными проектами ради развития отношений с подсанкционным Ираном.

Однако теперь опасения перед западными санкциями ушли для России в прошлое. В результате в июле Национальная нефтяная компания Ирана (NIOC) и «Газпром» подписали меморандум об инвестициях на $40 млрд. В ноябре замглавы МИД Ирана Мехди Сафари заявил, что $6,5 млрд из этой суммы уже обрели форму контрактов.

Правда, происходит это в момент, когда «Газпром» переживает не лучшие времена. Экспорт газа на огромный европейский рынок резко сократился, а налоговая нагрузка на компанию, наоборот, выросла. Уже сейчас «Газпром» ежемесячно выплачивает в бюджет дополнительные 416 млрд рублей, которые могут быть увеличены еще на 50 млрд рублей, а срок выплат продлен до конца 2025 года.

Концерн заявляет о рекордных финансовых показателях в 2022 году в связи с ростом цены на газ. Однако позитивная динамика может оказаться временной, учитывая стремительно сокращающиеся объемы экспорта в Европу. Масштабные инвестиции в иранские проекты грозят стать дополнительным обременением для бюджета «Газпрома».

В числе прочего Россия планирует участвовать в разработке двух крупных иранских месторождений: «Северное» («Южный Парс») и «Киш». Уже создана дорожная карта и несколько рабочих групп. Впрочем, профильные аналитики высказывают скепсис по поводу их перспектив. Для разработки этих месторождений необходимы особые высококачественные трубы, которые в двух странах не производятся. А поставки из Европы или, например, Японии невозможны из-за санкций в отношении Ирана и России.

Более практичным выглядит другой проект: своп газа через иранскую территорию. Речь об экспорте в Иран российского газа c последующей поставкой в третьи страны уже иранского газа в тех же объемах. Тегеран с прошлого года использует своповую схему в отношениях с Баку и Ашхабадом. Иран ежегодно получает от Туркмении 1,5–2 млрд кубометров газа, который используется для внутренних нужд на северо-востоке страны. Те же объемы иранская сторона экспортирует через газопровод, ведущий в Азербайджан.

По словам вице-премьера РФ Александра Новака, соглашение о поставках в Иран 10 млрд кубометров газа может быть достигнуто уже в этом году. Предполагается, что Россия будет направлять газ в Исламскую республику через Азербайджан (потенциально рассматривается также Туркмения). Российский экспорт иранцы будут использовать в густонаселенных регионах на северо-западе страны, а их собственный газ пойдет в Турцию и Ирак с перспективой расширения схемы на Армению и даже Афганистан. Своповая схема особенно актуальна для Ирана в сезон повышенного потребления (то есть зимой), когда он испытывает проблемы с обеспечением своего экспорта в Ирак и Турцию.

Потенциально своп может быть распространен также на Пакистан и Оман. Однако в первом случае проблема в тех же санкциях. Пакистан ранее остановил реализацию проекта газопровода из Ирана из-за давления со стороны США. Что касается Омана и уже упомянутых мощностей СПГ в этой стране, то тут для России мог бы открыться новый путь к мировому рынку. Но в этом вопросе все тоже упирается в строительство необходимого газопровода.

Наконец, Иран планирует при помощи России создавать терминалы СПГ. Здесь, правда, возникают вопросы как по возможным срокам, так и по технологической базе. И в России, и в Иране полноценные терминалы СПГ пока созданы не были. В условиях технологической изоляции обеих стран задача выглядит не самой простой.

Игра вдолгую

Казалось бы, для Ирана попытка Запада изолировать Россию — это хорошая возможность занять освобождающиеся ниши. Однако на деле из-за этого лишь возникают новые проблемы. Тегерану сложно конкурировать с Москвой по стоимости газа, поскольку в условиях сокращения поставок в ЕС российская сторона готова предоставлять большие скидки.

Прежде всего, обостряется конкуренция за рынок Турции, куда газопроводы проведены как из Ирана, так и из России. Глава иранского Объединения экспортеров нефти, газа и нефтехимической продукции Сейед Хамид Хосейни еще в мае жаловался, что российский демпинг уронил цены на газ во всем регионе и иранцам приходится подстраиваться. Значительных скидок от Тегерана требуют даже на отдаленных рынках вроде Афганистана.

Иранская газовая отрасль вообще сталкивается с огромными проблемами. По запасам газа Иран занимает второе место в мире после России. При этом Москва по итогам 2021 года экспортировала 241 млрд кубометров газа, в то время как Тегеран — всего 17 млрд кубометров.

Отрасль контролируют две госкорпорации, аффилированные с Министерством нефти: Национальная нефтяная компания Ирана (NIOC) и Национальная газовая компания Ирана (NIGC). Первая, помимо нефтяной отрасли, отвечает за разведку и добычу газа. Вторая специализируется на транспортировке и доставке газа, включая строительство газовых сетей. Из-за неэффективности управления, недостатка технологий, кадровых проблем и субсидируемых цен для населения отрасль эта скорее убыточная. Доходы от продажи газа на внутреннем рынке не покрывают даже затрат на строительство газораспределительной сети.

В целом Россия не заинтересована, чтобы Иран выбирался из своего газового болота. Но в то же время понятно, что иностранные инвестиции могут преобразить иранскую газовую отрасль всего за несколько лет. Поэтому пока Европа не может вкладываться в Иран из-за санкций, Москва пытается первой подсуетиться и получить рычаги влияния на иранскую газовую сферу. Этот подход касается не только добычи газа, но и создания новых маршрутов для его экспорта.

Однако в масштабах всей газовой отрасли России объемы потенциального свопа через Иран пока выглядят не столь впечатляющими. Заявленная в планах сумма в $40 млрд инвестиций поражает воображение и плохо вяжется с тяжелым состоянием экономик обеих стран. Особенно с учетом того, что рентабельность многих проектов вызывает большие вопросы.

Если добавить к этому традиционное недоверие иранской политической элиты к России, то сложно представить, что Тегеран будет готов долго мириться с ролью младшего партнера в совместных проектах. Скорее, нынешние непростые обстоятельства вынуждают руководство Ирана хвататься за любую возможность выйти на мировые рынки, не особенно задумываясь о дальнейших трудностях.

По расчетам российских властей, сотрудничество двух крупнейших по запасам газовых держав должно дать Москве еще один рычаг давления на мировой энергетический рынок. Но проблема в том, что главный импортер газа в лице Евросоюза не только сохраняет старые санкции в отношении обоих участников этого потенциального картеля, но и продолжает принимать новые.

следующего автора:

  • Никита Смагин

End of document

Фонд Карнеги за Международный Мир и Carnegie Politika как организация не выступают с общей позицией по общественно-политическим вопросам. В публикации отражены личные взгляды авторов, которые не должны рассматриваться как точка зрения Фонда Карнеги за Международный Мир.

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram

Пожалуйста, проверьте электронную почту. Для подтверждения регистрации пройдите по ссылке в письме, которое мы Вам отправили.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *